О.Л.Довгий, А.Е. Махов.
"12 зеркал Пушкина"
Близнецы — Раки.
Давыдов Денис Васильевич.
(27 VI 1784—4 V 1839) — поэт и
военный писатель, партизан Отечественной войны, генерал-лейтенант. Сам он
говорил о себе:
Я не поэт, я партизан,
казак:
Я иногда бывал на Пинде, но наскоком,
И беззаботно кое-как...
Ну вот уж нет!
Стихи свои он тщательнейшим образом отделывал, да и дошло их до нас немного
(около 80); певец вина, веселых попоек и картежной игры в карты совсем не играл
и насчет вина был очень воздержан. У Вересаева прочтем: «Давыдов
производил впечатление беспечного, лихого
рубаки, душа которого все время носится где-то там, далеко от обыденной жизни,
в кровавых схватках и сечах. В действительности это был человек расчетливый и с
большой хитрецой. Партизанство было коротким эпизодом в его жизни. Но Денис
Давыдов
сумел сшить себе из него блестящий наряд, в
котором щеголял всю жизнь. «Поэт-партизан» — так называл себя он сам, так
называли его друзья, так называют справочные словари, как будто партизанство
было основной профессией Давыдов
а. Он умел устраивать себе славу. Еще при
жизни его появились восторженнейшие биографии Дениса Давыдова, и выяснилось, что писал их он сам».
Плетнев
говорил
Гроту, что Давыдов, «не трогая его талант, был мелкий
хвастун...» Дела свои устраивать он умел прекрасно. Чего стоит хотя бы эпизод с
домом на Пречистенке! Захотелось поэту-партизану отделаться от надоевшего дома
— а тут как раз казна подыскивает дом для обер-полицмейстера. И Давыдов
обращается в стихотворной «Челобитной»:
Помоги в казну продать
За сто тысяч дом богатый,
Величавые палаты,
Мой пречистенский дворец...
Стихи эти
Давыдов
послал Пушкину для напечатания в «Современнике» и без
смущения писал при этом: «Главное дело в том, чтобы моя челобитная достигла не
столько поэтической, сколько положительной цели: пусть она сперва подействует
на Башилова, понудив его купить мой дом за сто
тысяч рублей». Пушкин
напечатал — а куда деваться? Был он с Давыдовым в приятельских отношениях, посвящал
ему поэтические послания, в которых блестяще подделывался под стиль
поэта-партизана. Конечно, все он знал прекрасно про своего приятеля — известно
острое высказывание Пушкина о Давыдове: «Военные уверены, что он отличный писатель,
а писатели про него думают, что он отличный генерал», но о нем мало кто знает,
помня лишь пушкинские строки:
Тебе, певцу, тебе,
герою...
