Ольга Довгий
"Пушкин— астролог, или Близецовая магия"
Всему пора, всему свой миг
Пушкин — астролог? Похоже на
разгул субъективизма и антинаучности! Может, и так, только Пушкин —
действительно астролог — впрочем, как и любой из нас. Господин Журден живее
всех живых; и часто, давая своим знакомым характеристики и прозвища, мы не догадываемся, что говорим прозой, т. е.
даем характеристики астрологические (например, в словах: «эта Маша такая зануда: все ей надо разложить
по полочкам, все ей надо знать подробно!..» любой мало-мальски знакомый с
астрологией человек узнает характеристику Девы). Можно назвать это бытовой
астрологией, к которой способна любая кухарка. Главное здесь — наблюдательность,
умение мгновенно открыть нужный файл, занести туда новое наблюдение, тут же его
классифицировать, дать ему имя, на основе этого нового наблюдения внести
изменения в весь файл (может быть, даже принципиальные). Для бытовой астрологии
очень важно сразу поставить диагноз, назвать по имени — и смотришь, бытовая
астрология возвышается до обобщений астрологии психологической.
Психологическая, бытовая — какая разница? Пушкин-то здесь при чем? А при том,
что именно он пустил в оборот выражение «несносный наблюдатель», его диагнозы
всегда мгновенны и точны и вполне могут с блеском иллюстрировать любой учебник по психологической астрологии. Каждую
минуту этот несносный наблюдатель дает теоретикам-астрологам такой материал,
такие детали, на основе которых можно построить десятки новых астрологических
теорий. Или подтвердить десятки старых. Или вообще перевернуть астрологический
мир. При известном кураже, конечно. «Несносный наблюдатель» — это любые Близнецы. Но Близнецы не теоретики;
им в кабинете скучно; им нужно на воздух — и наблюдать, наблюдать, наблюдать!
Они рассыплют перед вами фейерверк из интереснейших деталей — а зачем они, что
с ними делать? Это уж вы решайте! Создавайте теорию, систему, пишите докторскую
— Близнецам все равно; им некогда, они спешат наблюдать. Им хочется заглянуть
во все зеркала!
Пушкин нигде не выражает
своих наблюдений в астрологических категориях — да это и не важно: еще в «12
зеркалах» мы договорились, что астрологические категории — это всего лишь
принятая нами удобная система координат. В пушкинских произведениях, письмах мы
встречаем богатейшую россыпь астрологических деталей (невероятно точные и
оригинальные характеристики всех знаков) — но именно россыпь; системы у Пушкина
не ищите. И я хочу показать читателю лишь некоторые из этих астрологических
самоцветов — прекрасно сознавая, что это лишь миллионная часть. Может,
какой–нибудь Рак или Дева найдет, как их классифицировать и употребить в дело.
В книге «12 зеркал Пушкина»
мы, рассматривая широкий круг общения Пушкина, находились внутри файла «Пушкин
глазами 12-ти знаков»; в этой — все наоборот: «12 знаков глазами Пушкина».
Нужно сразу сказать: Близнецовоцентризм налицо и неизбежен. Во всех зеркалах
мартышка видит прежде всего себя; с кем в данный момент общается, того в себе и
найдет. Но и в других знаках Близнецы-протеи с легкостью найдут Близнецов. Так
что все близнецовые литературные герои — в большой степени Близнецы. Поэтому
самый обширный раздел этой книги — Близнецы, рассказывающие о себе; а все
прочие разделы — в сущности, тоже о Близнецах, поэтому 2-я часть называется
«Зодиак в зеркале Близнецов». Из наблюдений Близнецов можно почерпнуть много
интересного обо всех знаках, но больше всего, естественно, о самих Близнецах.
Так что тех, кого не интересуют и раздражают эти пустые и непостоянные
мартышки, сразу прошу не тратить драгоценного времени. И тех, кто боится сам в себе что-то назвать по имени, — тоже:
Близнецы вытащат из вашего шкафа такие скелеты, самое подозрение о
существовании которых вы привыкли суеверно гнать прочь. И всё походя — не вдаваясь,
не приближаясь, не углубляясь. Близнецы любят раздавать имена; а как уж вам
быть, когда ваш скелет из шкафа назван по имени, — следовательно,
материализовался и прописался в реальной действительности — это их не волнует.
В этой книге (как и в предыдущей) знаки даны глазами лишь одного из них —
Близнецов; и представлены они такими, какими их видят Близнецы и как они себя в
отношении Близнецов проявляют. А поскольку объективность не относится к числу
близнецовых качеств, то порой их характеристики кажутся несправедливыми, а то и
обидными. Зато если вас интересуют Близнецы, вы найдете немало подсказок, как
общаться с этими странными существами и расшифровывать их всегда надежно зашифрованные
слова и поступки. Пушкин в этом поможет. Так что эта книга, как и предыдущая, о
том, как жить с Близнецами, как жить с Пушкиным.
Эту книгу нельзя отнести к разделу «Литературоведение» или
«Пушкинистика»: в ней нет сносок на научные труды предшественников и
современников — и вовсе не потому, что я из тех, «кто и вообще ничего не
читал». Просто в сноски здесь вынесено нечто иное. Эта книга — опыт прочтения
Пушкина астрологически, хотя тут
воспротивятся серьезные астрологи: в книге нет никаких точных расчетов. Верно —
нет. Есть — пушкинские тексты: тексты сочинений и писем и текст жизни поэта,
причем первый интересует меня гораздо больше, чем второй; и еще один способ прочитать их. При таком прочтении главное не то, что Пушкин — «солнце
русской поэзии», а то, что он - Близнец. Присущие этому знаку качества, описываемые
в учебниках астрологии, проиллюстрированы здесь на примерах пушкинского
творчества. Книгу о Близнецах можно было написать и на примере творчества,
например, И.Бродского («Старик, я все-таки Близнец»). О Державине можно
написать как о Раке, etc. Словом, о
каждом знаке можно написать, приводя цитаты из какого-то писателя, и о каждом
писателе — как о представителе какого-то знака. И назвать этот жанр филологическая астрология (или астрологическая филология). Следует
сразу дать определение филологии в близнецовом понимании. Филология — это диагноз. Филолог — это человек, который, получив
смертный приговор, сначала оценит его как текст, и только потом обратит
внимание на содержание. Каждый Близнец – прирожденный филолог, даже если
получил совсем другое образование. Цепляться к словам – астрологически
предписано этим несносным наблюдателям; для любого Близнеца филологичность avant toutes choses.
Теперь непосредственно о том,
что из себя представляет эта книга. Я просто выписала из пушкинских
произведений и писем то, что показалось мне подходящим к теме «Пушкин —
астролог». Подбор материала — легкая добыча для злобного критика, ежели таковой
объявится. По каждому их произвольных разделов можно найти еще миллион
примеров. Поскольку с Пушкиным, как и вообще с Близнецами, бесполезны попытки
какой-то четкой классификации, я их и не предпринимала. Ни одна пушкинская
строчка не укладывается в прокрустово ложе раздела, каждая оказывается
подходящей к десятку других. Бороться с Пушкиным и выстраивать тексты «по три в
ряд» — дело неблагодарное. Поэтому книга построена очень просто: вверху цитаты
из Пушкина; в сносках — комментарий с точки зрения бытовой (психологической?
филологической — нужное подчеркнуть) астрологии. Будь я на месте читателя, я бы
читала одну верхнюю часть страницы (т. е. пушкинский текст), а комментарий
смогла бы придумать свой собственный. Если вы поступите именно так, это и будет
лучшим доказательством того, что вы включились в игру и согласились, что Пушкин
— астролог.
Читать эту книгу подряд с
начала до конца совершенно не обязательно. Хаотическое расположение материала
допускает такое же хаотическое прочтение, более того – делает возможным использовать эту книгу как гадательную.
